Понедельник, 3 января, 2005

Эта статья была посвящена 25-летию Дизайна Человека

Изображение человека, просунувшего свою голову через небо, было одним из любимейших у Ра. Он использовал его на сайте Джовиан Аркайв в заголовке (http://jovianarchive.com/). Сегодня мы отмечаем появление Дизайна Человека 3 Января 1987. Я хотела бы выразить огромную благодарность Ра за то, что он принес миру Дизайн Человека. То, какая я сегодня, я обязана Дизайну Человека и его посланнику Ра – без него этого бы не случилось. Так что «спасибо тебе Ра», где бы ты ни был!

Я обнаружила транскрипцию беседы Ра о его Опыте. Это было на 18-летие ДЧ. Надеюсь, вам понравится.

С самыми теплыми пожеланиями от Мэри Энн.

Понедельник, 3 января, 2005

Для меня это особенный день. Этот день был таким на протяжении 18 лет. 18 лет назад 3 января 1987 года я начал свой процесс с моей встречи с Голосом. Она длилась 8 дней и 8 ночей до 11 января. После всех этих лет, этот год для меня очень важен. Он особый по разным причинам. Все эти 18 лет — это такой долгий путь вперед. Это так экстраординарно двигаться по колесу узлов, одновременно воспринимая и делая то, что возможно в моей собственной беспомощности, играя роль инструмента для движения информации в мир и распространяя знание ДЧ.Ra Uru Hu

Каждый раз это приводит к глубоким воспоминаниям. Но всё же, это особенный день для меня и я впервые его по-настоящему отмечаю. Это закрытие цикла Узла. Моя жизнь до ДЧ… до того, как я исчез – я исчез в 1983 году из города Торонто (Канада) и я бы сказал, что полностью умер тогда. Во многих смыслах, это было так подходяще родиться Ра Уру Ху на Ибице 3 января 1987. Это мой день рождения. Именно в этот день, я действительно отмечаю рождение Ра Уру Ху и это в первый раз теперь. Я освободил место в своем доме под звукозаписывающую студию и тут целая толпа людей, готовых писать музыку.

Музыка всегда была очень важной частью моей жизни и глубоко связана с моим процессом, этими 18 годами вовлеченности в ДЧ и его преподавания. До того, как я попал на Ибицу в 1983, я был тем или иным образом связан с музыкой с самого детства. Я начал писать музыку, будучи ребенком. Я влюбился в нее. Я рос в доме музыкантов, пианиста и гитариста. Музыка всегда была вокруг меня. Хотя я профессионально работал фолк певцом, будучи тинэйджером в мои 20, мне никогда не нравился этот образ жизни. Было очень тяжело для меня, как человека из благородной семьи, болтаться до 11 вечера, чтобы в свое назначенное время выходить на сцену. Я понял, что такой образ жизни я больше не могу поддерживать. Впоследствии, я оказывался в разных местах, но так или иначе был связан с музыкой.

Ra Uru Hu По факту, ко времени моего исчезновения, у меня была сколочена небольшая медиа-компания в Торонто, и я делал одни из первых MTV видео — первые рок-н-ролл видео. Я участвовал в производстве фильма о рок-н-ролле. И тут я исчез. Всё, что у меня было — исчезло. По прибытии на Ибицу в 1983 году со мной происходило что-то очень странное. Я бы назвал этот период «деконструкцией». Я провел свой первый год на острове, живя на дереве. Не в доме на дереве, а буквально в дереве, на стуле в дереве. Я прошел через очень странный опыт.

Во время моей «деконструкции», я попросту перестал писать музыку. Годами позже в 1986, во время подготовки к тому, с чем я должен был столкнуться, кто-то из окружающих, кто знал меня, совершенно неожиданно подарил мне гитару. Я не мог на ней играть. Не мог даже думать о том, чтобы играть. И я сделал достаточно возмутительную вещь. Я спалил ее на костре. Эти времена были действительно странными =)

Восемнадцать лет назад начался мой процесс. Первое, с чем обратился ко мне Голос, было риторическим вопросом: «Ты готов работать?» У меня были годы, я бы сказал, космических каникул. Между моим исчезновением и столкновением с Голосом я прошел через экстраординарный процесс деконструкции и отпускания всего, что имел: людей, наработанного материала… Откровенно говоря, я стал диким. Это «готов ли ты работать» только сейчас 18 лет спустя я понимаю не столько как непосредственно относящиеся к тому моменту, сколько к тому, что в расцвете моей жизни вся моя творческая сила и энергия должны были сфокусироваться на механике.

Моя мама, ей 93 года, она уже достаточно зрелая леди =); недавно я говорил с ней, и она упомянула, что у нее в доме есть коробка, в которой хранятся мои новеллы, написанные мной, будучи подростком. Когда-то у меня была мечта… Я вырос в доме книг и в Ra Uru Huкакой-то момент появилось ощущение, что я мог бы писать. Никогда в моих самых диких мечтах не думал, что мое воображение и творчество будут перенаправлены на то, чтобы начать писать и учить в настолько технической области, как Дизайн Человека.

Какая-то часть меня как мужчины и как артиста во многом чувствовала, что чего-то не хватает в моей жизни. Кажется, стало ясно, что за программирование скрывалось за всем этим. Когда Голос ушел 11 января 1987, я никогда себя не чувствовал таким – вы можете подумать, что я глубокий оптимист и это моя прерогатива смотреть больше на то, что красиво, чем на то, что нет. Да, я не являюсь интеграционным эго манифестором, который утопает в депрессии и жалости к себе. Но когда ушел Голос, стало очень и очень тяжело. Для меня это был темный опыт. Больше чем меланхолия, больше чем просто депрессия – это было уныние. Такое уныние, что вы даже не можете себе представить – ощущение, что всё ушло навсегда: то особенное место, та невероятная смесь научно-фантастического с разумным и необъятным вокруг.

И потом эта будничная реальность моей собственной жизни… Я жил в руине, не имея ничего, даже нормальной одежды. Я не пользовался ручкой, потому как не смог бы заменить чернила, если бы они кончились. Я был в тотальном одиночестве после всего этого. Было бы сумасшедшим предполагать, чтобы рассказать хоть кому-то когда-то то, что произошло со мной. У меня было это столкновение с Голосом, который рассказал, как всё работает – неужели это не сумасшествие?

Утром следующего дня я проснулся и вышел из дома. Всё, чем я владел в руине, было маленькой крошечной комнаткой. Не было никаких ванных принадлежностей. Снаружи был кактус, служивший естественным писсуаром. Обычно утром я ходил туда, но тут не смог. Я выбрался наверх и обошел руину. На земле лежала гитара. Она выглядела как ковбойская гитара, ярко-красного цвета. На ней было всего пять струн, хотя должно было быть шесть. Стояла зима, январь месяц и хотя на Ибице в это время не сильно холодно, всё же, за ночь гитара подмерзла. Тем утром выступила сильная роса. На струнах гитары сверкали капли воды и в них переливались маленькие радуги.

Я не видел раньше ничего подобного. Я не мог придумать, откуда это могло взяться. Я проснулся утром так рано. Единственное, о чем я мог думать, это как здорово иметь гитару, эту живую вещь из дерева и полую внутри. Вы держите ее напротив тела. На самом деле, она висит напротив вашего солнечного сплетения. У меня открытый центр солнечного сплетения. Гитара была для меня в каком-то роде заменителем для солнечного сплетения. Это то, как я мог двигать эмоциональную энергию, которая появлялась во мне благодаря тем, кто активизировал мое солнечное сплетение. Это был способ движения энергии наружу.

Я поднял гитару, вернулся в руину и присел с ней. Я настроил те пять струн. Как только я отстроился, возникла песня — она просто случилась. Я не думал и не хотел что-либо сочинять. Я даже не знал, захочу ли я поиграть. Когда я начал играть, получилась песня, которую я не играл раньше. Слова были синонимичны моей жизни на Ибице. Она называлась «Туристическая поездка в Эдем». Это одна из тех песен, которую мы собираемся записать на этой неделе.

Понадобились еще два года пути с 1987 по 1989 до посвящения себя Дизайну Человека. Эти годы были периодом восстановления. В целом понадобилось семь лет полного цикла, чтобы оправиться от того опыта. Для меня это было порядочным шоком и достаточно долго времени требовалось, чтобы пережить его. Первые годы после опыта не было никого, кто бы интересовался тем, что со мной произошло. Они предпочитали не говорить об этом. В предположении большинства я выглядел сумасшедшим гением.Ra Uru Hu

Позднее, я оказался в тусовке музыкантов, которым не было дела до того, был ли я тем или этим, мог ли я вообще писать музыку. Я провел пару лет выступлений. Моя группа называлась Хронос (отец Зевса, бог времени и плодородия – прим. переводчика). Ведущий гитарист этой группы, человек, с которым я работал, делая аранжировки, экстраординарный гитарист, был профессором музыки и работал на протяжении многих лет в Швейцарии, обучая джазу и джазовой гитаре. Он был интересен для меня и был частью моего процесса «выздоровления». Делая музыку с ним, с группой, выступая, имея кругом много людей, увлекающихся и танцевавших под эту музыку – всё это было глубоко оздоравливающим. Начало 1989 было последним временем, когда мы играли вместе и тогда я начал свой процесс. Я покинул остров и написал первую книгу по Дизайну. Я стал путешествовать. Это оказалось достаточно одиноким процессом. Первые годы я проводил по семь месяцев в году в поездках из города в город, давая вводные лекции, чтения и затем тренинги.

Единственной вещью, которая сохраняла мою вменяемость все те годы, было пение под гитару и написание музыки. Благодаря этому я оставался нормальным. Поэтому для меня особенно важно быть сегодня в этом доме, наполненным музыкой. Быть рядом с JP (Джей Пи) последние два месяца, когда мы работали вместе, хотя до этого не виделись 16 лет. Пройти всё это, начиная с начала моего процесса встречи с голосом, момента появления волшебной гитары, лежащей на земле и до сегодняшнего дня, имея возможность наслаждаться этой творческой частью моей жизни – музыкальной частью жизни.

Как бы там ни было, я просто хотел поделиться этим с вами. Поделиться сегодня в 18-ю годовщину существования Дизайна Человека в мире. Я очень признателен.

Ра Уру Ху